Юбилейное интервью Владимира Спивакова, «Известия»

Владимир Спиваков: "К власти надо относиться как к огню" Мария Бабалова, «Известия» 12 сентября Владимиру Спивакову исполняется 65 лет. Поздравить знаменитого скрипача, дирижера, создателя двух оркестров — легендарных "Виртуозов Москвы» и Национального филармонического оркестра России – в Московский международный Дом музыки придут сотни людей. Президентским указом артист награжден орденом "За заслуги перед Отечеством" II степени. Накануне юбилея с Владимиром Спиваковым встретилась обозреватель "Известий". "Меня приняли за кардинала" - От имени "Известий" поздравляю вас с высокой наградой. - Спасибо! Не буду скрывать, что в своем отечестве такое официальное признание очень ценно. Даже Иосиф Бродский, когда узнал, что стал почетным гражданином Санкт-Петербурга, был растроган до глубины души и захотел приехать домой... - Вы хотя бы однажды выходили в свет, надев все свои ордена? - Нет, конечно. Если только по одному их "выгуливал". Во Франции кавалеры ордена Почетного легиона носят маленькую красную ленточку. Она меня не раз выручала. Однажды из-за сильного дождя жизнь в Париже остановилась, и я опоздал на самолет. В ужасе подбегаю к человеку, который оформляет билеты. Он увидел ленточку и спрашивает: "Это у вас орден Почетного легиона?" Я говорю: "Да". — "Вы иностранец?" — "Да". — "Значит, указ подписывал президент Ширак?" — "Да". И как только появилась возможность, меня тут же посадили на самолет. А в приглашении на свадьбу испанского принца Филиппа указывалось, что нужно явиться при орденах. Решил надеть наш — "За заслуги перед Отечеством" III степени, а это широкая красная лента с двуглавым орлом на красном же кресте. Захожу, а придворные обращаются ко мне: "Монсеньор!" Они решили, что я кардинал. - Какое событие в списке юбилейных торжеств вы считаете главным? - Концерт 12 сентября. Репетирую, решаю, какой будет программа. Хочу, чтобы она тронула сердца всех, кто будет в зале. - Скрипку в руки возьмете? - Попробую. Очень трудно играть после дирижирования. Практически невозможно. Совершенно другая требуется энергия, да и руки устают. - Скрипка Страдивари, что находится у вас в бессрочном пользовании, капризная? - Как настоящая женщина, она любит заботу и, если что, очень ревнует. До Страдивари у меня была скрипка мастера Габетти. Ту я учил играть, а эта меня учит. Требует, чтобы я каждый день брал ее в руки, согревал. Когда мне принесли Страдивари, скрипка Габетти начала чихать, скрипеть. Ревновала. И я оставил ее в покое. - Со скрипками Страдивари и вокруг них происходит много странных вещей. Вы были знакомы с Сергеем Дьяченко, которого обвинили в том, что он продавал скрипки, выдавая их за антикварные? - Я слышал об этой трагической истории. Мне рассказывали, что он, не выдержав обвинений, покончил с собой. Вообще, в мире есть два знатока скрипок, которым можно доверять в этом вопросе. В Париже — Этьен Ватло. В Лондоне — Чарльз Бир. Но был у последнего неприятный случай: Исаак Стерн дал скрипку Гваданини нашему Боре Белкину из Свердловска. Борис принес скрипку Чарльзу Биру, тот говорит: "Это не Гваданини". Звонят Стерну. Он в шоке: "Чарльз, но я же у вас ее и купил!" Бир отвечает: "Десять лет назад я думал, что это Гваданини, а сейчас я так не думаю". Так что и у них никаких гарантий нет. Хотя у очень известных скрипок есть "паспорта". И у моей нынешней тоже. "Я стал панически бояться августа" - Вас не угнетает такая масса ответственности — два оркестра и руководство Домом музыки в придачу? - Все, что касается оркестров, мне только в радость. А служителям Дома музыки я очень благодарен — они не сделали из меня чиновника, а дали возможность заниматься творчеством. "Музыка и искусство — это единственная связь земных низин и рая", — говорила Ахматова. Жаль только, что в сутках 24 часа. Иногда злюсь на себя за то, что мне хочется спать. Сон — это поглощение времени. Если бы мне хватало двух часов сна в сутки, было бы хорошо. Я стал ощущать, как время спрессовывается. Как правило, человек замечает, что стареет, не глядя в зеркало, а по людям вокруг. Хотя мой эмоциональный возраст значительно меньше реального. Я стараюсь себя как-то поддержать. Постоянно немного занимаюсь спортом. - Не секрет, что и бицепсы вы можете продемонстрировать... - В молодости я серьезно занимался боксом. В юности штангу поднимал. Помню, мне подарили на день рождения штангу, и мама сказала: "Держи ее здесь, у лифта, все равно никто не унесет". Но штанга руки портит. Сегодня я гантели предпочитаю. Весом 5-10 кг. - Какой подарок вы хотите получить на день рождения? - Чтобы концерт хорошо прошел, больше ничего. Чтобы Национальный филармонический оркестр получил президентский грант. Он заслужил. Очень надеюсь, что так и произойдет. - У вас никогда не было соблазна пойти в политику? Ведь есть подобные примеры: девушка пуанты на гвоздь еще не повесила, а уже депутат... - Меня не привлекает эта сторона жизни. Политики живут интересами, а художники — чувствами. К власти надо относиться как к огню — не подходить слишком близко, чтобы не обжечься, и не отходить слишком далеко, чтобы не замерзнуть. Мы только что выступали в Абхазии. Тяжелая была поездка. Кожей ощущаешь людское горе... Но все же я очень огорчился, когда сациви стали называть "курицей в ореховом соусе". Не надо впадать в крайности... - Отпуском вы себя балуете хотя бы раз в год? - Летом — две с половиной недели. Правда, в этом году на юге Франции я чуть не погиб. Мы взяли машину напрокат. Вместе с женой Сати ехал днем в сорокаградусную жару и, видимо, чуть-чуть задремал. Всего на секунду, но и ее было достаточно, чтобы я бортом проехал по скалам, изрезав шины автомобиля в клочья... - Испугались? - Да. Но подумал, что меня все-таки бережет судьба. Должен признаться, что я, как Ахматова, стал панически бояться августа. Одна катастрофа страшнее другой. Саяно-Шушенская трагедия меня потрясла. Столько людей погибло, и никто ничего объяснить не в состоянии. Что делать? Что с нами происходит? "Люблю свежую рыбу и овощи" - Вы когда-нибудь напивались? - В юности. Я делал над собой усилия, чтобы избавиться от волнения перед концертом, даже ходил к гипнотизеру. Но оказался неподдающимся. Пробовал выпивать перед выступлением немножко коньяка. Но быстро понял, что ничего хорошего из этого не выходит — тупеешь и только. Так и не научился бороться с волнением. Иногда, правда, музыка настолько захватывает, что обо всем забываешь. И когда слышишь аплодисменты, думаешь: "Что за шум?" - Вы когда-нибудь говорили себе блоковское: "Сегодня я Гений!"? - Это не похвала самому себе, а защита от людей, стремящихся унизить художника. Если похвала друзей бывает двусмысленной, то зависти недоброжелателей можно верить. Завистники с каждым днем становятся все более циничными и даже откровенно жестокими. Я к этому привык. Просто у одного человека в душе больше Моцарта, а у другого — Сальери. Хотя я уверен, что места под солнцем хватит абсолютно всем. И дружба между музыкантами все-таки возможна. - Как вы обычно прячетесь от своей популярности? - Иногда трудно бывает это выдержать. Люди в избытке чувств даже не догадываются, что в калошах норовят к тебе в душу залезть. - Вы ощущаете себя главой семьи? - Из-за того, что я живу в Москве, глава семьи у нас бабушка — она живет с детьми в Париже. Я только оснащаю дом всем необходимым. Очень люблю отдыхать с семьей. Когда все дети вместе собираются. Есть ощущение дома. Езжу на рынок, покупаю все что нужно. Люблю свежую рыбу, овощи. - Вы строгий отец? - Нет. У отца к дочкам всегда особое отношение. Мы не вправе проживать жизнь за своих детей. Не надо их душить своей любовью, мне кажется. Но надо уметь хранить воспоминание о том моменте, когда ребенок впервые вложил свою маленькую ручку в твою большую, взрослую. Это фантастическое ощущение доверия, которое к тебе испытал маленький человечек. - Чем занимаются ваши дочери? - Старшая — кино. Сейчас сделала свой первый короткометражный фильм. Сидит, монтирует, накладывает звук. Сама написала сценарий, выбрала актеров, договаривалась с полицейскими в Париже на местах съемки. Вторая девочка поступила в Высшую школу драматического искусства. Из 900 человек приняли только одиннадцать. В этом году играла со своей небольшой труппой спектакли в Авиньоне. - Она играет на французском? - Конечно. Но достается ей и много русских ролей. Говорит: "Французы в русских страстях не очень разбираются". Беда нашего общества по отношению к детям — в том, что их стараются унифицировать. А цветочек не повторяется. Если дать ему возможность раскрыться, возможно, в будущем он станет гением. - Что будет для вас главным после юбилея? - Мой фестиваль "Владимир Спиваков приглашает...". Впервые будет озвучена чаплинская киноклассика под живой оркестр. Будут наши молодые великолепные солисты: Альбина Шагимуратова, Василий Ладюк, Константин Андреев, Николай Борчев…Первый флейтист Берлинской филармонии Эмманюэль Пайю и скрипачи Фэн Нин и Юки Мануэла Янке. Очень надеюсь, что публика будет довольна. Хотя кризис резко уменьшил щедрость меценатов и скорректировал наши планы и желания. Но я при любых обстоятельствах стремлюсь хорошо делать свое дело. Честно. Верю, как у Вознесенского: "Даже если как исключение вас растаптывает толпа, в человеческом назначении девяносто процентов добра". Может быть, хоть немного мне удастся воплотить мечту Мандельштама, который хотел быть прижизненным другом всех живущих...

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *